Deprecated: mysql_escape_string(): This function is deprecated; use mysql_real_escape_string() instead. in /home/xweb.com.ua/xweb.com.ua/engine/classes/mysqli.class.php on line 162 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/xweb.com.ua/xweb.com.ua/engine/classes/templates.class.php on line 72 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/xweb.com.ua/xweb.com.ua/engine/modules/show.full.php on line 243 ЛИЧНЫЙ ПРИМЕР » XWEB.COM.UA
» » ЛИЧНЫЙ ПРИМЕР
ЛИЧНЫЙ ПРИМЕР
streetcat 14-03-2007, 16:09
ИЧНЫЙ ПРИМЕР (Исторический эпизод. Поучительная история для юношества) Когда Александр Великий переходил Аравийскую пустыню, его войско испытало все возможные тяготы и лишения, много дней подряд влачась под беспощадно палящим солнцем. Множество храбрых воинов навсегда осталось лежать среди бескрайних песков. Их не успевали хоронить, оставляя прямо у дороги – скорбные вехи военной тропы. Обезумевшие от жажды, люди вскрывали лошадям шейные артерии, и пили густую горячую, липкую кровь. Все они, казалось, уже давно забыли о конечной цели своего похода и думали только об одном: напиться воды. Все, кроме Александра Македонского. На рассвете его видели впереди войска верхом на верном Буцефале, к закату он подъезжал в аръегард и воодушевлял смертельно уставших солдат, говоря им, что привал уже близко. Только с наступлением ночи он, валясь с ног, заползал в свою крытую повозку, чтобы продумать планы грядущих сражений и предаться хоть на несколько часов, благостному сну. Перед тем он еще успевал продиктовать несколько слов своему писарю, Моше - иноземцу, взятому на службу за свою необычайную образованность и сорокалетний опыт походов по пустыне. Как-то среди дня, войско, наконец, добралось до пересохшего колодца, доверху засыпанного песком. Коварный враг, отступая, чинил греческому воинству всевозможные препоны, не ведая жалости даже к больным и умирающим. Во время короткого привала (а их приходилось делать все чаще), воины, движимые, скорее чутьем, нежели реальной надеждой добыть хоть немного воды, из последних сил принялись откапывать колодец, разгребая руками сухую, обжигающую ладони, пыль. Работая посменно, они менее чем за час, углубились уже на пять локтей. В это время со дна раздался неожиданно громкий и радостный крик: "Вода!" На самом деле, это были только лишь едва заметные ее следы, слегка отсыревший песок, но воины готовы были набивать им рты, чтобы выцедить хоть капли спасительной влаги. В колодец полетели пустые кожаные ведра, дабы вычерпывать как можно быстрее – стоящее в зените солнце, словно насмехаясь над стараниями людей, все стремительно испаряло, оставляя только сыпучий прах. И все же остановить их сейчас, казалось, не могла и сама Смерть. Копая до изнеможения, лихорадочно спеша и срывая ногти, они добрались до ничтожнейшей лужицы мутной и теплой воды. Но это была вода! На дно колодца полетели шерстяные плащи и одеяла, которыми воины промокали дно досуха, и передавали затем наверх, под специально установленный тент, как величайшую драгоценность, в которой заключалась возможность выжить. Ткань, скручивая, выжимали над медным шлемом, который предварительно обложили влажным песком. Но вот, позабыв обо всем на свете, землекопы расширили колодец внизу, что едва не стало причиной гибели пятерых воинов: внезапный оползень обрушил на них лавину сухой почвы, разом уничтожив героические усилия людей. Велики были их отчаяние и досада. Александр молча наблюдал эту сцену, и лицо его стало мрачнее тучи. Сотник копейщиков с величайшей осторожностью поднял шлем с водой, и, ступая медленно, дабы не пролить ни капли, приблизился к царю, с поклоном протягивая ему драгоценный сосуд. Все войско, затаив дыхание и судорожно двигая кадыками, смотрело на своего предводителя. - Великий царь! – торжественно обратился к нему сотник, - Прими эту чашу, ибо от твоей жизни зависит жизнь всего войска. Александр исподлобья огляделся, играя желваками. Он видел жадные взгляды умирающих на носилках, искалеченных, полуживых солдат. Некоторые из них потупили взоры, покорясь жестокой судьбе. Наступила тягостная тишина. Тогда Александр, глубоко вздохнув, принял шлем из рук сотника и воскликнул: - Как мог подумать ты, Герофонт, мой верный солдат, что в походе царь должен обладать какими-либо преимуществами перед рядовыми? Разве смог бы я после этого смотреть в глаза людям, которые идут сражаться за меня насмерть? Как низко ценишь ты меня! Несколько мгновений он помолчал. А потом добавил: - Я знаю, чего стоил этот шлем. Я знаю, что его не разделишь на всех – и, возвысив голос, он твердо произнес, - Место шлема – у солдата на голове! С этими словами он одним движением выплеснул воду на раскаленный песок, который тут же ее поглотил, а затем, вытряхнув все, до последней капли, водрузил шлем себе на голову. Из тысяч глоток вырвался глубокий вздох, эхом прокатившийся по пустыне. А потом, словно из недр земли, он постепенно перерос в торжествующий оглушительный рев. Закаленные в боях воины, плакали, как дети, радуясь, словно преддверию победы, поступку великого полководца. Вскоре стемнело, и на пустыню слетела ночь. По донесениям разведчиков, посланных вперед, выяснилось, что до ближайшего крупного водоема осталось менее полдня пути. Многие павшие греки так и остались здесь навечно, не дойдя этих последних шагов до спасения. Теперь их могли хотя бы похоронить. Александр, уединившись в палатке с писарем, наконец-то дал волю чувствам, доказывая тем самым, что при своем несгибаемом мужестве, он всего лишь смертный человек: - Давай, Моше, по маленькой. Летописец развязал большой мех с разбавленным вином и налил по полной царю, а потом себе, - Эти благостные лозы взрастила земля Македонии… Твое здоровье, Великий царь! Они выпили по чаше, а потом молча повторили. - Моше, - тут Александр стал серьезен, - Ты запечатлишь на скрижалях веков подробности этого похода. Я думаю, что не стоит чересчур подробно описывать кой-какие детали… Следует сделать акцент на стойкости и мужестве, дабы подать пример нашим детям и внукам. А кое-что можно и вовсе опустить. Надеюсь, ты меня понял? - Да, Великий царь. Вполне. - Вот и отлично. Забудь об этом разговоре, – и царь, воспрянув духом, неожиданно бодро сказал: - Ну и запашок, Моше! Воздух в палатке совсем завонял! Всё! Немедленно – мыть ноги и спать!


, . .

 
 (: 1)
 1039
 
100 .