Deprecated: mysql_escape_string(): This function is deprecated; use mysql_real_escape_string() instead. in /home/xweb.com.ua/xweb.com.ua/engine/classes/mysqli.class.php on line 162 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/xweb.com.ua/xweb.com.ua/engine/classes/templates.class.php on line 72 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/xweb.com.ua/xweb.com.ua/engine/modules/show.full.php on line 243 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/xweb.com.ua/xweb.com.ua/engine/classes/comments.class.php on line 174 Deprecated: preg_replace(): The /e modifier is deprecated, use preg_replace_callback instead in /home/xweb.com.ua/xweb.com.ua/engine/classes/comments.class.php on line 174 Шаг » XWEB.COM.UA
» - » Шаг
Шаг
-,
streetcat 30-05-2007, 17:00
Она тихонько прикрыла книгу, осторожно положила ее на тумбочку, словно, книга могла разбиться и отвернулась к стене, укрывшись с головой. Почти час она бездумно водила глазами по строчкам, но так и не могла понять, о чем читает. А последние пятнадцать минут, кажется, и совсем не переворачивала страницы, тупо рассматривая незатейливый орнамент в верхнем правом углу листа.
Это состояние уже не угнетало ее. Сначала она пугалась, когда ловила себя на том, что просто сидит, глядя в стену, и не может вспомнить, о чем же она только что думала. Затем, хихикала, рассказывая Женьке, который два раза в день приезжал навестить ее, о том, как после душа, сняв намотанное на влажные волосы полотенце, увидела, что забыла смыть бальзам. Или о том, как пошла в буфет, и продавщица заметила, что у нее накрашен только один глаз.
Женьке было совсем не смешно, он о чем-то долго говорил с врачом, и только после этого разговора немного успокоился. Лена знала, что такое состояние – последствия наркоза и нервного напряжения, и что со временем это пройдет.
Потом она совсем перестала обращать на это внимание. Хотя, иногда сердце заходилось от ужаса, если ей вдруг казалось, что ее кто-то окликнул, хотя она была одна в палате.
Лена откинула одеяло, не нащупав тапочки, встала и прошлепала босыми ногами к окну. Прислонившись к холодному стеклу лбом, она смотрела, как от ее дыхания туманится стекло. Она распахнула окно, накинула халат, натянула носки в разноцветную полоску с разделенными пальцами, как на перчатках, забралась на подоконник и закурила.
В палату ворвался запах дыма, где-то жгли опавшие листья. Лена вдохнула прохладную горечь, задержала дыхание и выдохнула, расслабив плечи. Обхватив согнутые колени, она положила на них голову и смотрела, как легкий ветерок лениво гонял по больничному парку листья.
- Опять курите в палате, Елена Викторовна, - послышался голос у двери.
- Игорь Иваныч, выпишите меня, - не поворачиваясь, отозвалась Лена, не обращая внимания на упрек лечащего врача.
- Елена Викторовна, - доктор подошел, забрал у Лены сигарету и щелчком отправил ее за окно. – Я бы с удовольствием, но эта ваша лихорадка…
- Неустановленного генеза, не дает вам покоя, - продолжила Лена. – Температура не проходит из-за того, что вы меня здесь держите, понимаете? На меня это все давит, - она обвела стены палаты.
- Хорошо. Тогда давайте так. Сегодня пятница. Я отпускаю вас до понедельника. Если в понедельник утром ваша температура не придет в норму, вы возвращаетесь.
- Норма – это тридцать шесть и шесть? – уточнила Лена.
- Максимум – 36 и 8, - улыбнулся Игорь Иванович. – Если же вдруг, на что я очень хочу надеяться, температура будет нормальной, вы позвоните и условимся, когда вы сможете забрать выписной лист и рекомендации. И прекратите курить в палате и сидеть на холодном подоконнике, - строго закончил он.
- Значит, я могу собираться?
- Можете. Звоните Евгению Александровичу, пусть он вас забирает. Вы не поверите, но я уже согласен на любой эксперимент, лишь бы избавиться от этих неизменных 38 и 5. Уже пятнадцатый день, я мучаю вас всяческими анализами, но так и не могу понять, с чем это связано, - он помог Лене слезть с подоконника, усадил ее на кровать и протянул градусник.
Молча, они ждали, когда электронный термометр запикает. Он не заставил себя долго ждать, и по частым сигналам стало ясно, что температура выше тридцати восьми.
Лена хихикнула, не глядя, протянула доктору градусник, и сунула на его место обычный, ртутный термометр, который показал ту же температуру.
Вздохнув, Игорь Иванович пошел к двери. Дверь за ним тихо закрылась, но тут же приоткрылась, и доктор, просунул голову в палату.
- Елена Викторовна, обещайте, что не обманете меня, и в понедельник честно скажете, как себя чувствуете.
- Честное слово, Игорь Иваныч, не прибавлю и не убавлю ни одной десятой.
- Я вам верю, - серьезным тоном ответил доктор и скрылся.
Лена, набрала Женькин номер, и, прижав трубку плечом, считала длинные гудки, вытаскивая из тумбочки вещи. После двенадцати гудков наступала тишина, прерывающаяся легким треском помех, пока шел автодозвон, и снова начинались гудки.
- Четыре, - бормотала она. – Пять. Шесть. Семь.
Свернув вещи, она перенесла неровную стопку на подоконник, туда же отнесла книги и журналы.
- Два. Три. Четыре, - гудки вгрызались в сознание, вызывая воспоминания.

……………………………………………………………………………………………......

- Скорая.
- Здравствуйте, - Лена старалась говорить спокойно, не подпуская страх. – Кажется, у меня начинается выкидыш.
- Кажется или начинается? Кровотечение есть? – равнодушно поинтересовался голос.
- Еще нет.
- Срок.
- Двадцать недель, - Лена описала свое состояние, стараясь ничего не упустить.
- Адрес, - не меняя тон, спросила диспетчер, дослушав.
Лена назвала адрес.
- Ждите, - трубку положили.
Лена снова набрала номер мужа. Длинные гудки. Она считала гудки, стараясь дышать в такт со счетом. Это успокаивало ее, не давало комку в горле сбить дыхание и разрыдаться.
Она достала документы, которые могли понадобиться в больнице, смену чистого белья и туалетные принадлежности. Придерживая низ слегка округлившегося живота, как будто это могло остановить случившееся, она достала из гардероба небольшую спортивную сумку, скидала туда вещи, сунула тапочки и поставила сумку в холле. Нужно было лечь, но она опасалась, что врачи скорой будут долго ехать и она не сможет открыть им дверь, когда они доберутся до нее.
Женька так и не брал трубку. Чувствуя, что сейчас она попросту потеряет сознание, больше от испуга, чем от слабой боли, она открыла входную дверь и прилегла на кушетку в холле.
Когда приехал врач, Лена была на грани истерики. Боль усилилась, началось кровотечение, а Женька все не брал трубку.
Все произошло быстро. Холодная машина, дежурный врач приемного покоя, осмотр и невозмутимый голос доктора, приказывающий сестре срочно ставить стимулирующие препараты, режущие боли, облегчение, страшное от мысли, что все кончилось, и ЧТО кончилось. Анестезиолог просит немного потерпеть, металлический привкус во рту, и в подступающей темноте Лена слышит свой шепот:
- Отче наш, Иже еси на небесех! Да святится имя Твое, да приидет Царствие Твое, да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли, - шепот переходит в крик, который отражается от стен черной ямы, в которую быстро летит ее сознание. - Хлеб наш насущный даждь нам днесь! И остави нам долги наша! Яко же и мы оставляем должником нашим! И не введи нас во искушение! Но избави нас от лукавого!!!

………………………………………………………………………………………………..

- Алло! Я вас слушаю, говорите! – настойчиво спрашивал капризный женский голосок. На заднем плане слышалась музыка, («Кажется, Sigur Ros», - отметила непроизвольно Лена), и взрывы хохота.
Лена вздрогнула, трубка упала на кровать. Тут же схватив ее, Лена чуть не закричала:
- Женька! Женечка! – и осеклась, поняв, что это не муж.
- А это… Вы, наверное, не туда попали.
- Извините, - выдохнула Лена, но на том конце уже наступила тишина. Ссутулившись, Лена сидела на краю кровати, зажав руки между колен, и смотрела на ноги, шевеля разноцветными пальцами. Раздался звонок.
- Лена? Что случилось? Извини, было совещание, а я телефон оставил в кабинете.
- Наконец-то. Я тебе, наверное, уже час звоню. Меня отпустили домой на три дня. Забери меня отсюда! – и Лена разрыдалась.
- Ты чего, милая? – рассмеялся муж. – Домой же поедешь, глупенькая. Я буду у тебя через двадцать минут. Жди.
Лена, шмыгая носом, слушала любимый голос, в то время как сознание зафиксировало негромкую музыку, звучавшую фоном в трубке, и отметило: «Точно Sigur Ros».
- Я люблю тебя! – зачем-то крикнула она.
- Я тоже. Все, я выезжаю.
Лена снова открыла окно и закурила.

……………………………………………………………………………………………......

- Глазки открываем, милочка. Не спим, не спим. Как чувствуете себя?
- Погано, - Лена с трудом разлепила пересохшие губы.
- Ну, это понятно, - усмехнулся анестезиолог, - а вообще?
- А вообще, хоть сейчас в поле. Пахать.
- Ух, щутница, - хмыкнул он. – Пока полежите на каталке, позже вас отвезут в палату.
- Мне нужен телефон.
- Да вы в себя сначала придите, - начал мужчина.
- Мне. Нужен. Телефон. Он в кармане халата, в пятьсот девятой палате.
- Обалдеть, - присвистнул доктор. – Какие грозные нынче больные пошли.
Но телефон принес.
- Держите, злючка, - он вложил его в руку и с интересом смотрел, как Лена пытается его включить.
Пин-код никак не хотел вспоминаться. Лена прикрыла глаза, сделала несколько глубоких вдохов. Вспомнила. Телефон почти тут же завибрировал.
- Ты где? Почему телефон отключен? – злость в Женькином голосе была настолько ощутима, что у Лены потемнело в глазах.
- Я тебе звонила, - пробормотала она. – А ты трубку не брал.
- Ты пьяна? У тебя язык заплетается! В чем дело? Ты где? – снова спросил он.
- Я не пьяная, с ума сошел? – Лена никак не могла собраться с духом и разревелась.
Доктор, так и не отошедший в сторону, властно забрал телефон и голосом, не терпящим возражений, сказал:
- Ваша жена только что после операции. Ей трудно говорить, но она настояла на звонке. Прошу не нервировать ее.
Он назвал адрес больницы и отключил телефон.
- Я отнесу его обратно. Вам не нужно сейчас разговаривать. Отдыхайте.
Он склонился над Леной, похлопал ее по плечу и тихо добавил:
- У вас все будет хорошо.
Но анестезиолог ошибся. Глядя прямо в ее глаза, сжимая руку, он сказал, что детей у Лены больше не будет. Больше она ничего не слышала. Она смотрела на шевелящиеся губы доктора, но не слышала ни слова.
Женя стоял у окна, спиной к ним. Лена думала о том, как сейчас ему тяжело. Она боялась встретиться с ним взглядом. Боялась увидеть в глазах осуждение. Она столько времени просила его, уговаривала, убеждала, что им нужен ребенок. И он согласился. Просил ее беречься, а она не смогла. Она подвела его. Она не оправдала ожиданий.
В темном окне отражалось искаженное лицо мужа. Казалось, он улыбается.

………………………………………………………………………………………………..

Женя ворвался в палату, подхватил сумку с вещами и чмокнул Лену в лоб.
- Сейчас я возьму пропуск на машину, подгоню ее сюда, ты пока тихонько вниз спускайся. Накинь мою куртку, на улице прохладно.
Он вышел. Лена накинула куртку и надела кроссовки. В кармане куртки запиликал мобильный. По инерции, Лена ответила на вызов.
- Женечка, ты забыл у меня галстук. Так что вечером тебе придется за ним заехать. Я буду только в нем, - произнес женский голосок, который Лена сегодня уже слышала.
Она отшвырнула телефон и зажала руками рот, заглушая крик. Слезы застилали глаза. Она вышла из палаты и медленно пошла по коридору. Сердце стучало, готовое вырваться. В голове шумело. Она остановилась у окна. За парковыми деревьями была видна река. Темная вода маслянисто блестела на солнце. Лена сунула дрожащие руки в карманы куртки, и направилась к лифту.
Двери лифта были раскрыты, обнажая шахту. «Лифт на ремонте», гласила табличка, висевшая на кнопке.
Лена, скользнула по ней пустым взглядом.
«Все-таки он тогда улыбался», - подумала она и сделала шаг навстречу пустоте.

©Пенка


, . .

 
 (: 2)
 2023
#1 : JBJ
 



:
: 1.02.2007
ЖЕСТЬ!!! crying


--------------------
 
 
: 0 | : 7    
 
 
#2 : Мурзик
 



:
: 10.07.2007
Ни хрена не жесть, надо жить, всегда есть кто-то ради кого нужно жить, или будет кто-то...
 
 
: 0 | : 84    
 
 
 
100 .